![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif?v=92.1){kind=small}
Оксана Боровец написала новый стих, который пока виден только Вконтакте:
Я как-то встретила мужчину:
Он за какие-то грехи
Писал тоскливые картины
И очень грустные стихи.
Он заходил ко мне по средам,
Садился молча у окна.
И приносил всегда к обеду
Бутылку белого вина.
Смотрел печальными глазами
На мой разобранный уют
И говорил: «Наверно, с Вами
Поэты долго не живут».
Одет всегда не по погоде,
Он уходил до десяти.
Но я была счастливой вроде
И беззаботною почти.
Но как-то, опоздав к обеду,
Я задержалась у окна
И поняла, что пить по средам
Отныне буду я одна.
...Как знать, кому дано до срока
Сложить у будней на краю
Свои рифмованные строки
На жизнь бессвязную мою.
© Оксана Боровець
По прочтении сего из меня немедленно выскочило следующее:
Я знаю этого мужчину.
Признаться, тот ещё нахал -
Он, в гроб сходя, мне без причины
Рукой внезапно помахал.
Потом, когда после обеда
Его под окнами несли,
Он намекнул, мол, не приеду,
Мол, пейте без меня шабли.
Весь в орденах и эполетах,
Собой украсив скорбный зал,
Он не забыл о нас, поэтах,
И долго жить всем приказал.
Но, может, без тоскливой грусти,
Без превращенья сердца в фарш
Нас, наконец, с тобой попустит,
И свяжется из жизни шарф?..
Я как-то встретила мужчину:
Он за какие-то грехи
Писал тоскливые картины
И очень грустные стихи.
Он заходил ко мне по средам,
Садился молча у окна.
И приносил всегда к обеду
Бутылку белого вина.
Смотрел печальными глазами
На мой разобранный уют
И говорил: «Наверно, с Вами
Поэты долго не живут».
Одет всегда не по погоде,
Он уходил до десяти.
Но я была счастливой вроде
И беззаботною почти.
Но как-то, опоздав к обеду,
Я задержалась у окна
И поняла, что пить по средам
Отныне буду я одна.
...Как знать, кому дано до срока
Сложить у будней на краю
Свои рифмованные строки
На жизнь бессвязную мою.
© Оксана Боровець
По прочтении сего из меня немедленно выскочило следующее:
Я знаю этого мужчину.
Признаться, тот ещё нахал -
Он, в гроб сходя, мне без причины
Рукой внезапно помахал.
Потом, когда после обеда
Его под окнами несли,
Он намекнул, мол, не приеду,
Мол, пейте без меня шабли.
Весь в орденах и эполетах,
Собой украсив скорбный зал,
Он не забыл о нас, поэтах,
И долго жить всем приказал.
Но, может, без тоскливой грусти,
Без превращенья сердца в фарш
Нас, наконец, с тобой попустит,
И свяжется из жизни шарф?..
